Андрей Клепач: «Основной драйвер — бюджет»

Андрей Клепач: «Основной драйвер — бюджет»

В интервью журналу «Эксперт» главный экономист ВЭБ.РФ  Андрей Клепач рассказал  о том, что ждет российскую экономику в 2020 году.


— Какой рост российской экономики вы прогнозируете в 2020 году и почему?

— Мы оцениваем рост ВВП в 2020 году на уровне 1,8 процента к предыдущему году. Это выше, чем в 2019-м (1,3 процента). Благоприятным фактором станет високосный год, который дает дополнительные 0,3 процентного пункта в рост ВВП. Основным же фактором ускорения роста экономики в 2020 году должен стать рост инвестиций, который составит, по нашим оценкам, 3,6 процента в реальном выражении. Основным драйвером инвестиций будет фондирование нацпроектов, прежде всего в части транспортной инфраструктуры, но также проектов улучшения демографии, экологии, цифровизации экономики. В целом госинвестиции должны внести вклад в размере полутора процентных пунктов в общий рост инвестиций, или около 40 процентов прироста инвестиций. Получается, что госбюджет будет основным драйвером роста инвестиций в 2020 году. Перенос части госрасходов по нацпроектам на следующий год даст дополнительный толчок для роста госкапвложений в 2020 году. В итоге инвестиции могут достичь 23 процентов ВВП (по методологии нацсчетов).

Среди крупных проектов в среднесрочной перспективе ожидаются инвестиции в такие проекты, как «Арктик-СПГ-2», «Ухта — Торжок», «Бованенково — Ухта» (третья нитка) и «Сила Сибири» (ответвления) — в ТЭКе. В химической промышленности это амурский проект «Сибура». В металлургии строительство комбината «Удокан», Тайшетского алюминиевого завода. Продолжится также модернизация банковских услуг, например Сбербанком, другими крупными банками.

Инвестиции некрупных частных компаний, конечно, находятся в более рискованной зоне, чем госкапвложения. Снижение процентных ставок по кредитам должно поддержать их инвестиционный спрос. Однако сохранение высоких рисков в экономике и слабый потребительский спрос будут сдерживать инвестиционную активность. Мы прогнозируем рост инвестиций в частном секторе всего на 2,5 процента, в то время как госкапвложения вырастут в 2020 году на 9,5 процента.

Я не вижу условий для роста экономики темпами быстрее двух процентов, а тем более быстрее трех процентов. Потребительского спроса нет, доходы населения растут медленно, а доля сбережений высока. Потенциально инвестиции могли бы быть на триллионы рублей выше, чем сейчас, но по причине отсутствия спроса никто не собирается вкладывать деньги.

— Каким будет влияние на экономику столь большого профицита бюджета и в целом жесткой налоговой и бюджетной политики?

— В первой половине 2019 года бюджетная политика значительно ужесточилась. По сравнению с первой половиной 2018-го профицит бюджетной системы увеличился с 3,2 до 5,2 процента ВВП, а профицит федерального бюджета — с 2,0 до 3,3 процента ВВП. Это стало одним из основных факторов замедления роста экономики в первом полугодии текущего года. Так, государственные инвестиции упали в первой половине года почти на 15 процентов, что определило общее замедление роста инвестиций с 2,9 процента в четвертом квартале прошлого года до 0,6 процента в первом полугодии 2019-го.

Но начиная со второго полугодия бюджетная политика начала несколько смягчаться.По итогам десяти месяцев 2019 года профицит федерального бюджета был ниже профицита за январь–октябрь 2018 года всего на 0,2 процентного пункта ВВП. В исполнении консолидированного бюджета прослеживается аналогичная тенденция: по итогам трех кварталов 2019 года профицит был выше показателя 2018-го только на 0,5 процентного пункта ВВП.

Можно ожидать дальнейшего ускоренного расходования средств Минфином. По оценке Минфина, федеральный бюджет за 2019 год будет исполнен с профицитом 1,7 процента ВВП, что ниже рекордного профицита 2,6 процента ВВП, полученного в 2018 году. В соответствии с принятым законом о федеральном бюджете на 2020–2022 годы размер профицита продолжит снижаться с 0,8 процента ВВП в 2020 году до 0,2 процента в 2022-м. Но в целом избыточные сбережения продолжат расти.

— Как повлияет на экономику расходование средств ФНБ в соответствии с последними критериями — необходимость доходности проектов не ниже ставки ОФЗ и так далее?

— Финансирование проектов внутри России за счет средств ФНБ — важный фактор поддержания роста инвестиций, что может стать серьезным фактором преобразований и ускорения экономического роста. По состоянию на начало ноября 2019 года объем свободного остатка ФНБ, размещенного на валютных счетах в Банке России, составляет почти 99 миллиардов долларов, или около 5,8 процента от прогнозного значения ВВП за 2019 год. По оценке, объем покупки иностранной валюты в 2019 году составит около 49 миллиардов долларов, однако эти средства будут перечислены в ФНБ во второй половине 2020-го. В соответствии с нормами Бюджетного кодекса вложение средств ФНБ в финансовые активы разрешается только после того, как его ликвидная часть на конец года превысит семь процентов прогнозного ВВП. Таким образом, размещение части средств, превышающих семь процентов ВВП, в финансовые активы может начаться с 2021 года, хотя фактически ликвидная часть ФНБ превысит семь процентов ВВП уже в следующем году. Такие лаги приводят к формированию избыточных государственных сбережений, которые длительное время не могут быть использованы, и такой подход нуждается в корректировке.

Условия предоставления средств из ФНБ предполагают, что доходность по ним не должна быть ниже ставки по ОФЗ. В настоящее время Минфин заимствует по относительно низким ставкам (рыночная доходность по ОФЗ составляет шесть-семь процентов), которые, как ожидается, будут и дальше снижаться. Поэтому для многих заемщиков такие ставки должны быть привлекательными.

— Ожидать ли в 2020 году заметного влияния на рост ВВП нацпроектов?

— Нацпроекты позволят увеличить потенциальный рост ВВП на 0,5–0,6 процентного пункта в год в 2020–2024 годах. Ведущий вклад в этот период ожидается от транспортных проектов, тогда как макроэффект от проектов образования и здравоохранения разворачивается в более долгосрочной перспективе и в основном будет приходиться уже на период после 2024 года.

Нацпроекты в сфере транспорта обеспечат ускорение потенциального экономического роста на 0,4 процентного пункта. Около 0,1 процентного пункта ежегодного прироста будет обеспечивать реализация нацпроектов «Цифровая экономика», «Жилье и городская среда» и «Экология». Повышение качества человеческого капитала и увеличение расходов на научную деятельность и опытно-конструкторские разработки тоже дадут в среднесрочной перспективе дополнительно 0,1 процентного пункта экономического роста.

— Что будет происходить с кредитованием юрлиц и с банковской системой в 2020 году? Заменит ли растущий долговой рынок в какой-то степени банковское финансирование?

— Темп роста корпоративных кредитов в 2019 году будет на уровне пяти-шести процентов, а в следующем году — на уровне шести-семи процентов. Темпы весьма умеренные, и они могут говорить о низкой доступности кредитования для широкого круга компаний. Несмотря на снижение ставок по банковским продуктам, стоимость кредита остается существенно выше показателей рентабельности бизнеса. Текущая средняя ставка по кредитам от года составляет около девяти процентов, в то время как уровень рентабельности активов у обрабатывающих предприятий в первом полугодии 2019-го составил 3,9 процента. Единственный сектор, который может похвастаться стабильно высокими показателями рентабельности, — это добыча полезных ископаемых, и компании этого сектора, как правило, не испытывают проблем с финансированием. В то же время в секторах экономики, которые в настоящее время особо остро нуждаются в инвестициях, уровень рентабельности сопоставим с уровнем инфляции или даже ниже ее.

Чем уже круг заемщиков, тем чаще банки могут сталкиваться с проблемой концентраций долга на небольшом числе заемщиков и тем выше кредитные риски. По данным Банка России, больше трети (35 процентов) общего долга нефинансового сектора приходится на 92 крупнейшие компании. В случае финансовых проблем у крупных заемщиков снижается устойчивость и банка-кредитора. Такая ситуация увеличивает системный риск банковского сектора и может негативно повлиять на экономику в целом.

Недавний кейс: Греф просил у Путина льготы для Антипинского НПЗ (находится на грани банкротства, крупнейший НПЗ в стране — до девяти миллионов тонн переработки нефти в год, общий долг превышает пять миллиардов долларов, из которого большая часть — задолженность перед Сбербанком). Однако если крупные банки имеют политический ресурс и внутренние ресурсы на случай, если поддержки не получают, то остальные банки на такое рассчитывать не могут.

Но кредиты и не могут быть основным источником инвестиций. В любом случае надо не столько наращивать объем кредитов, сколько менять структуру кредитования. Основные заемщики наших банков — металлурги, химики, это предприятия, у которых и так есть деньги. А высокотехнологические предприятия, машиностроение закредитованы. К примеру, «Ростеху» и ОАК требуется реструктуризация долгов.

Что касается долгового рынка, то его масштабы пока существенно меньше размеров рынка банковских кредитов и он вряд ли скоро сможет их заместить. По данным на конец первого квартала, совокупный объем облигаций нефинансовых предприятий в обращении составил 6,3 триллиона рублей. Основной рост облигационного долга произошел в 2012–2017 годах, тогда рост был почти четырехкратным (с 1,7 до 6,1 триллиона рублей). С 2018 года объем долга практически не изменился и сейчас находится на уровне около шести процентов ВВП.

Объем долгового рынка по сравнению с традиционными для российского заемщика кредитами и займами несопоставим. Для сравнения: объем обязательств предприятий по кредитам и займам перед внутренними и внешними кредиторами в настоящее время на порядок больше — 77,1 триллиона рублей.

Что же касается инвестиций компаний, то в основном это деньги госкомпаний, а у них ситуация очень разная. Так, инвестпрограмма РЖД сдвинулась вправо, и компания собирается привлекать заемное финансирование, так как собственных средств ей не хватит. «Газпром» планирует выплачивать 50 процентов чистой прибыли по МСФО в виде дивидендов. О состоянии «Ростеха» и ОАК было сказано выше.

По материалам журнала «Эксперт»


Печать   E-mail